29 детей родились в Приамурье от ВИЧ-инфицированных родителей. И только в двух случаях ВИЧ подтвердился. Сегодня на учете состоят 20 малышей. Остальные - здоровы. Практически все живут в семьях. Кроме одного. Окончательный диагноз ему пока не поставили, но ВИЧ-инфицированная мать от ребенка отказалась.

Благотворительность амурчан уже спасла жизнь одному ребенку. В 2000 году в инфекционную больницу поступил маленький мальчик с диагнозом «ВИЧ». Саша родился в Тынде от ВИЧ-инфицированной матери. Его родители – героиновые наркоманы – сразу отказались от малыша. Курс лечения Саша проходил в области. А потом нашли деньги на то, чтобы отвезти ребенка в Санкт-Петербург, где находится детская специализированная больница. В этом году Саше исполнится 6 лет. По достижении 18-летнего возраста он сможет вернуться в Тынду, там у него есть квартира. Соответствующее постановление подписал мэр города. За судьбой Саши до сих пор следят только амурские медики. Мать никакого интереса к своему ребенку не проявляет.

Эпидемия ВИЧ/СПИДа в России началась именно с детей. Когда в конце 80-х годов в Элисте, Ростове-на-Дону и Волгограде через нестерильные шприцы вирусом иммунодефицита заразилось 270 младенцев. В конце 80-х от ВИЧ-инфицированных матерей в России родилась 21 тысяча детей. При этом подавляющее большинство таких рождений пришлось на последние 5-8 лет. У 2-х тысяч детей диагноз подтвердился, еще 12 тысяч находятся под наблюдением.

Максим уже шесть лет живет с диагнозом «ВИЧ». Заразился через иглу. На наркотики он потратил 7 лет своей жизни. А в 2000 году решил начать все заново. Сам пришел в центр реабилитации и, как и все, сдал анализы на СПИД. Диагноз подтвердился. Первая мысль: жизнь кончена. «Я понимал, что будущего у меня нет, - рассказывает Максим. - Что семьи у меня быть не может. И это, как бетонная плита, давило на меня». Но поддержали родители, друзья. И вера. Вера в будущее. Максим встретил девушку, которая не побоялась связать свою жизнь с ВИЧ-инфицированным. Они создали семью.

Первый ребенок - и новые переживания, хотя при современной медицине риск заражения от ВИЧ-инфицированного отца можно свести к минимуму. Окончательный диагноз ставят только, когда ребенку исполняется полтора года. До этого малыш состоит на учете и проходит профилактическое лечение. Курс очень дорогой. К примеру, для взрослых терапия обходится в 2 тысячи долларов в месяц. Но препараты поступают по федеральной программе. Больной лечение не оплачивает.

В прошлом году на роды в областной роддом поступили три ВИЧ-инфицированные амурчанки. «Каждая женщина имеет право на деторождение. И мы не можем ей запретить рожать, - поясняет врач-инфекционист областного центра СПИД Татьяна Алькова. - Но при выявлении на ранней стадии мы можем предотвратить заражение ребенка». Беременные женщины проходят химиопрофилактику, наблюдаются в центре СПИД, а рожают в изоляторе областного роддома. Сюда будущие мамы поступают с уже установленным диагнозом. По учреждению издают приказ. Руководство определяет людей, которые будут наблюдать за роженицей. Назначают врачей, медперсонал и педиатра для ребенка. На все это время изолятор для беременной становится домом. Она практически не выходит. В палате свой санузел. Еду приносят. И даже рожает женщина в своей палате. Ребенка не забирают, он все время с ней.

У Максима уже двое детей. Они ходят в садик и живут полноценной жизнью. Диагноз «ВИЧ» у них не подтвердился. Они здоровы так же, как и их мать. По словам Максима, они планируют завести и третьего ребенка, как мечтали о своей будущей жизни до бракосочетания.

О своей болезни Максим говорить не любит. Красная ленточка до сих пор как позорное клеймо. Из-за неведения общество не принимает ВИЧ-инфицированных. Диагноз у многих людей ассоциируется с маргинальным поведением, употреблением внутривенных наркотиков и коммерческим сексом.

Ничего нельзя скрыть в закрытых учреждениях. В СИЗО идеальный для медиков открытый мир. Здесь известно состояние каждого. С некоторых пор камера для ВИЧ-больных в медчасти не пустует. Основной бич мест лишения свободы – туберкулез сдает свои позиции. Сейчас в изоляторе 7 ВИЧ-инфицированных. «Они содержатся в отдельных камерах. В общей массе их нет, - успокаивает начальник мед службы СИЗО Сергей Соколовский. - Потому что, если они попадут в общую массу, будет конфликт между здоровыми и ими».

Каждый подследственный при поступлении обязательно сдает анализы. В том числе и на ВИЧ. В прошлом году в СИЗО выявили троих. У всех заболевание в начальной стадии. Интенсивные курсы лечения им пока не нужны. За состоянием инфицированных следят местные врачи. И несколько раз в месяц приезжают специалисты с центра СПИД.

Кровь с закрытых, ведомственных и лечебных учреждений попадает в лабораторию областной инфекционной больницы. Недавно здесь впервые получили разрешение на постановку окончательного диагноза. Правда, пока документы находятся на согласовании в областном департаменте здравоохранения. Кровь продолжают возить в Хабаровск. Курсы лечения все ВИЧ-инфицированные амурчане проходят в инфекционной больнице. Это единственное в области учреждение, которое имеет на это лицензию. «Увы, к сожалению, по законодательству каждый сам волен распоряжаться как своей судьбой, так и жизнью, - констатирует главный врач областной инфекционной больницы Алексей Тарасов. - И далеко не всегда они приезжают сюда лечиться. Но насильно мы не можем их сюда тянуть, так как это дело и право каждого».

В Приамурье вирусом иммунодефицита заражены 237 человек. Сколько на самом деле, можно лишь предполагать. Среди здорового населения анализы на ВИЧ добровольны. Несколько лет человек может спокойно жить и не подозревать о болезни. А когда узнает, ему сообщают, что жить осталось в среднем 11-12 лет. Если своевременно лечиться, то эту цифру можно смело увеличить вдвое, утверждают врачи. За последнее время смертельный вирус охватил все слои населения. Если раньше заражались в основном наркоманы и асоциальные, то сейчас ВИЧ есть и среди благополучных людей. «В последние годы возрос процент передачи половым путем, - поясняет врач-инфекционист амурского центра СПИД Татьяна Алькова. - Почему? В прошлые годы большой процент приходился на наркоманические пути заражения. Но прошел период, и начали заражаться половые партнеры. С увеличением количества женщин, растет и половой путь передачи».

В области уже умер 21 человек. Но только половина - от СПИДа. В остальных случаях причиной смерти стало другое заболевание, передозировка наркотиков и самоубийства. Главная проблема - это то, как к инфицированным относится общество, считают специалисты. Люди боятся бытовой передачи вируса, тогда как это исключено. Говорят о ВИЧ как о страшной болезни и чуме XXI века. И зачастую предрассудки рождаются из-за невежества. А Максим считает, что корень проблемы - в духовном мире. Он не думает о смерти. Этим мыслям просто не хватает места среди планов на будущее. Максим говорит: «Что касается меня и моей семьи, то этот вопрос сейчас для нас закрыт. Потому что мы верим в то, что всемогущий Бог, как он исцелял других людей и другие неизлечимые болезни, так он однажды исцелит и меня. И тогда, надеюсь, мы с вами встретимся, и я вам об этом расскажу».

Итоговая программа «Персональный счет»